Сегодня Парагвай - беднейшее государство латиноамериканского континента. Но раньше страна, которую местные патриоты любят величать "сердцем Америки", претендовала на роль тамошнего экономического флагмана. Однако война предопределила ей место среди аутсайдеров мировой экономики. И теперь хозяйственное значение страны исчерпывается поставками сои.

Значение Парагвайской войны 1864-1870 годов в истории страны, зажатой между Бразилией, Аргентиной и Боливией и не имеющей выход к морю, трудно переоценить. Это была национальная катастрофа.

Несмотря на то, что экономическому прогрессу препятствовали объективные и обусловленные географическим положением препятствия, государство, которым руководил диктатор Франсиско Солано Лопес вошло в этот конфликт в качестве самой динамично развивающейся державы региона. После разгрома войсками Тройственного альянса Бразилии, Аргентины и Уругвая Парагвай лишился почти половины своей территории и более 80 процентов населения. От 1,35 миллиона обитателей "сердца Америки" осталось чуть больше 220 тысяч.

Читайте также: Латинская Америка восстанет из пепла

Передовая по региональным меркам промышленность страны была полностью уничтожена. Парагвай превратился в слаборазвитое государство, основу экономики которого составляет сельское хозяйство. Так остается и по сей день. К власти в стране пришли крупные землевладельцы - латифундисты. Впервые со дня провозглашения независимости в 1811 году правительство в Асунсьоне было вынуждено пойти на внешние заимствования для сглаживания нанесенного войной ущерба для экономики страны и занять миллион фунтов стерлингов у Великобритании.

Собственно, именно Британская империя, тогдашний мировой лидер, вышла главным победителем в том конфликте, а отнюдь не участники Тройственного альянса. Для победы над Парагваем правительства трех южноамериканских государств были вынуждены брать огромные займы в английских банках, выплаты по которым несколько десятилетий тормозили их экономическое развитие. Лондон сумел избежать объединения под властью одной страны стратегически важного региона Ла-Платы, на что очень надеялась Аргентина. Наконец англичане получили доступ в экономику Парагвая, хлопковые плантации которого стали новым источником сырья для английских текстильных фабрик. До войны, из-за внешнеполитической изоляции режимов де Франсия и Лопесов, "сердце Америки" несколько десятилетий развивалось автаркическим путем.

Читайте по теме: Члены БРИКС долларов переели

К слову сказать, этой вынужденной изоляцией во многом объясняются успехи промышленного развития Парагвая, который, будучи выключенным из контролируемой британцами системы мировой торговли, был вынужден самостоятельно обеспечивать себя промышленными товарами. А после того как на парагвайский рынок вышла продукция английских предприятий, необходимость развивать собственное производство в "сердце Америки" исчезла. Да и ресурсов для этого уже не было. Благодаря тому, что местные латифундисты ориентировались на рынок Туманного Альбиона и зависели от английских кредитов, британцы быстро приобрели огромное влияние в экономике латиноамериканской страны. Эта зависимость от иностранного капитала сохраняется и по сей день, только после Первой мировой войны на смену англичанам пришли американцы.

Особенно сильным влияние Вашингтона стало при диктатуре Альфредо Стресснера. Американцы, заинтересованные в парагвайском хлопке, а также недопущении усиления в регионе позиций Советского Союза, усиленно спонсировали откровенно фашистский режим генерала. При нем же началось активное внедрение в сельскохозяйственный комплекс страны новой культуры - соевых бобов. Иностранные, прежде всего американские агропромышленные холдинги быстро перешли от выращивания обычной сои к генетически модифицированной.

Это интересно: Как Вайоминг чуть не стал самостоятельным

С одной стороны, успехи соевого производства изменили лицо Парагвая в международном разделении труда. Оставаясь крупным поставщиком хлопка, страна превратилась в одного из крупнейших производителей соевых бобов, занимая на сегодняшний день четвертое место в мире по их экспорту. Но с другой стороны, экспансия новой культуры нанесла серьезный урон традиционным отраслям парагвайского агропрома - сахарному тростнику, рису, кукурузе и животноводческим хозяйствам.

Зависимость парагвайской экономики от экспорта сельскохозяйственной продукции, прежде всего соевых бобов сегодня особенно очевидна. Сейчас в "сердце Америки" подсчитывают убытки от самой тяжелой за последнюю четверть века засухи. Если в прошлом году валовой сбор сои составил 8,3 миллиона тонн, то в этом тамошние аграрии рассчитывают всего на пять миллионов. Это ставит под сомнение возможность возвращения полученных ими кредитов, что, в свою очередь, нанесет серьезный удар по и без того неустойчивой финансовой системе страны.

А ведь не случись полтора столетия назад страшного поражения, все могло быть совсем иначе.